cc07de13     

Басов Николай - Мир Вечного Полдня 4 (Закон Военного Счастья)



Николай Басов
Закон военного счастья
(Третья книга из цикла "Мир вечного полдня")
Часть I
ПРОИГРАННАЯ ВОЙНА
1
Весна должна была вот-вот кончиться. А может, уже и кончилась, Ростик не очень хорошо представлял себе, когда тут, в Водном мире, весна по-настоящему сменяется летом.

По схеме, предложенной, кажется, тысячу лет назад, в первую осень после Переноса Боловска в Полдневье, стояло двадцатое мая. Если учесть, что недель в каждом месяце тут было три, завтра возникал последний день мая, а через тройку деньков - условного второго июня - можно будет отметить и день Переноса. Третью годовщину.
Ох-хо, сколько в этом было трудов - в том, чтобы живым и почти нормальным дойти до сегодняшнего дня, сколько смертей своих друзей и подчиненных он видел и сколько смертей еще увидит, прежде чем действительно эту дату сможет встретить?..
Положение у них было скверным. Конечно, за три прошедших года бывали моменты и похуже, но никогда еще так явно он не ощущал, что война проиграна, что самое лучшее, что они могут сделать, - удрать без оглядки. Вот только удирать не получается.

И начальство не расположено, да и в самом деле - неясно, что дальше делать, если человечество не сумеет укрепиться тут, на краю безмерного, кажется, торфяника, не сумеет обеспечить себя хотя бы этим топливом.
Но торф - он и есть торф, а проигранная война страшнее любого энергетического голода. Впрочем, это еще предстояло выяснить на совещании, которое торжественно затеял этот... Ростик мысленно выругался, но тут же взял себя в руки.
Его звали Вениамин Лурьевич Каратаев, кстати, тот самый мужичок, которого им чуть было не навязали в начальники, еще когда они открыли Одессу. Плешивый, зачесывающий длинные боковые волосы поперек лысины, чтобы хоть немного прикрыть кожу на макушке, суетливый, с красноватыми, крысиными глазками, пухленький, чрезмерно говорливый. У начальства в таком авторитете, что, когда было решено в начале прошлого лета устроить большую разведку тут, в восьмидесяти километрах от Перевала и в сорока от каменной полки, отходящей от Олимпийской гряды, на единственной в округе скале, возвышающейся на десяток метров над безбрежными болотами, его и сделали главным.
Да таким, что все уже через пару недель чуть не в слезы рыдали... Но для начальства он оставался самым толковым руководителем. Ему приписывались все достижения, он, и только он, якобы обеспечивал все победы, успехи и реальные результаты...
Стоп, подумал Ростик, глядя из бойницы крепости на Скале на болота, на цветущие откосы скального плато, на озера и лужицы, сверкающие ослепительным на солнце блеском под серым небом мира Вечного Полдня. Не стоит так раскисать, не нужно тратить из-за такой ерунды столько нервных клеток.

И все-таки... Это была не такая уж и ерунда - это была проигранная война, он знал это, ощущал настолько реально, что мог лишь удивляться, почему этого не видят другие.
- Ты идешь? - раздался под гулкими каменными сводами, построенными с использованием каменного литья гошодов, голос старшины Квадратного.
Ростик оглянулся. Старшина в своих глухих доспехах, которые в последнее время почему-то перестал снимать даже в крепости, выглядел усталым и понурым. Не может быть, чтобы он не осознавал этого поражения, подумал Рост, а на совещании наверняка будет помалкивать.

Будет отнекиваться тем, что он просто старшина, что стратегия - дело офицеров, то есть его, Ростика, и, конечно, черт их дери, руководителей.
- Как ты догадался, что я тут?
- Ты всегда, когда хочешь сосредоточиться, сюда



Назад