Гостиница Волхов 2 cc07de13

Барабашов Валерий Михайлович - Изувер



Барабашов Валерий Михайлович
ИЗУВЕР
Глава 1
ОХОТА
Койот знал, что убивать ментов надежнее одному. Не будет подельников,
которые могут потом проговориться, - не будет свидетелей той кровавой
расправы, какую он задумал много месяцев назад. Еще неизвестно, как
повернется дело, удастся ли ему выполнить задуманное и бережно, тайно
вынашиваемое, да и делиться успехом, честно говоря, ему ни с кем не
хотелось. Койот был скрытен, подозрителен и чертовски осторожен.
Проколовшись пару раз еще подростком на двух кражах, он хорошо усвоил -
действовать лучше в одиночку. Два юных его кореша, с которыми он чистил
сараи соседей, оказались ненадежными: оперы раскололи их почти сразу, с
первого же допроса, едва взяли тепленьких по подозрению. Один он, Пашка
Волков, еще в школе получивший кличку Койот за осторожность и хитрое
поведение с учителями, запирался до последнего и сдался ментам лишь под
напором дружных признаний подельников-корешков.
Их судили. Но, учитывая возраст и степень провинности, - условно, с
отсрочкой исполнения приговора на полтора года.
За эти полтора года Койот, ставший уже учащимся
профессионально-технического училища, в руки ментов больше не попадал,
хотя и совершил два новых преступления: обобрал пьяного (снял с него
норковую шапку, выгреб из кармана деньги) и украл обрез охотничьего ружья
16-го калибра у приятеля отца. Тот, колхозный чабан, пригласил их как-то к
себе в гости, на "свежий воздух", отец принял приглашение, поехал к
приятелю, с которым когда-то тянул срок в пермских лагерях. С ним увязался
и Пашка.
Гуляли Волковы "на свежем воздухе" целую неделю. Приятель отца оказался
человеком гостеприимным, щедрым на угощение - водка лилась рекой. Пил и
Пашка: взрослые подносили, чего отказываться?! Но меру знал, умел вовремя
остановиться, не в пример отцу. Да и задумал кражу обреза, а для этого
нужна была свежая голова. Во всяком случае, что-то еще соображающая.
Условия для кражи складывались подходящие: к чабану наведывались и
другие кореша, пили все до упора. Кто-то потом ночевал здесь же, в палатке,
кто-то отправлялся домой, если держали ноги, чтобы появиться здесь на
следующий день в компании новых собутыльников, с новыми поллитровками.
Жизнь на пастбище пошла колесом, овцы были предоставлены сами себе, но
ничего страшного не случилось, если не считать исчезновения двух молодых
овечек, зарезанных на шашлыки. К тому же, отару денно и нощно охраняли
несколько внушительных размеров волкодавов, которых овцы боялись больше
волков и потому слушались даже их легкого недовольного рыка.
Да и Пашка по приказу отца за отарой приглядывал.
Всю эту неделю он посвятил двум вещам: выбирал момент для кражи ружья и
занимался собаками. Волкодавы, несмотря на свой грозный вид, проявили к
нему интерес и дружелюбие, позволяли играть с собой. Особенно подружился
Пашка с Мичманом - лохматым громадным псом из породы южнорусских овчарок.
При всем своем грозном виде Мичман оказался добродушным и игривым,
позволял трепать себя за уши и даже опрокидывать на землю. Вывалив длинный
розовый язык, махал пушистым хвостом, хитро поглядывая на Пашку умными
карими глазами из зарослей желтоватой грубой шерсти. Пашка любил смотреть
в эти звериные немигающие глаза, как бы соревнуясь с Мичманом в
хладнокровии и выдержке: известно ведь, что собаки не любят таких вот
прямых и настойчивых взглядов человека, отводят глаза Они чувствуют
сильных людей, боятся их или, напротив, проявляют агрессивность.
Мичман Пашку явно



Назад